Последний зритель

ромашки в волосах,

короткие объятья,

мы синие киты,

среди озерной глади,

забыты чудеса,

утерянных иллюзий,

театра тишины

последний зритель

Соломон Нарбут

Соломон Нарбут
в Браславе рождён,
в Слабодке крещён,
в Зарачье обвенчан,
в Урбанах покалечен,
в Злото болен,
в Леошках помер,
в Иказне отпели,
так и жизнь пролетела,
считай, за неделю.
Соломон Нарбут

Не жалейте мужчин

Не жалейте мужчин, его выбор за ним.
За слова отвечать он обязан.
Быть мужчиной без или, не каблуком и не тряпкой, даже если последствия ранят.
Ты покушал? А вторые штанцы не забыл? А собойку? А шапку? Ты куришь?!
Нет, не надо мамаши, не жалейте таких, лучше жалуйтесь, что вас он не слушал. 

Идеальных конечно же нет, но вопросы решать он обязан.
Если стержень, любовь, мечта и целей запас, значит всеми силами связан.
И не просто порой, молчалив и угрюм, но не надо с вопросами часто.
Он и сам все ведь знает и надеется, что все не напрасно. Честной критикой осыпайте его, а от жалости он умирает, превращаясь в ничто. От такого беги, это лучший урок. Жалость хуже плевка, многократно. 

Не жалейте мужчин, их сила в делах.
Не жалейте мужчин, чтобы потом не желеть и СЕБЯ по напрасну.

Фантомы прежних чувств

Хочу тебя по прежнему любить и вспоминать,
чем просто тихо безразлично ненавидеть
На солнце видеть силуэт, перебирая ветви едва касаясь листьев
Без завтра, без претензий, ожидать стук каблучков и шелест прикосновений полудиких.

Я не могу тебя забыть, не так то просто разлюбить,
когда по прежнему все те же мысли
Год пробежал, в делах и новых предоткрытий,
Ты не исчезла, ты где то там не далеко
и скоро должна на горизонте появиться,
Как будто еще вчера последний раз с тобою виделся.

Мне проще думать об одном, приравнивая к идеалу:
Растапливая осень, теплом спокойствия и мужества вертясь в водовороте судеб
Я не могу влюбляться вновь, пока по прежнему испытываю чувства
Бессмысленные, бесполезные в нашем случае
как магнит все тянут, до нового соприкосновения,
чтоб снова разьедениться, как планеты на всегда, уйдя на разные орбиты.

Я все еще вспоминаю иногда, про нежность губ, как ты летала,
мне жаль что не способен воплотить задумки снов,
что лепестки цветов так быстро вянут.
Мои слова ничто, пусты - смывает их с бетона ливнем.
Ты лучше знаешь, где теплей, где будешь обеспечена защитой.

Воздушные шары и замков острые шпили,
там лучше для тебя, чем здесь в долине осени и луж.
Спасибо за слова, открытки и улыбки.
Для рыбки золотой аквариум очень нужен,
Я замечал, как изредка хотела почему то выпрыгнуть оттуда

Я мог бы промолчать, но что то вдруг заговорился.
Когда кругом вода и лес, а над головою млечный путь,
как что то щемит в редкие уже минуты одиночества.
Водовороты дел подхватывают и некогда мне оглянуться.

Так с каждым днем становишься другим
и нет пути назад там впереди ждут новые открытия.
Фантомы прежних чувств, ранениями судорог изводят,
но в госпитале доктор говорит,
что все пройдет и даже то что еще будет.

Сам себе лекарь

Когда мне говорят, какой я добрый они не видят шрамы на моей душе, которые самому же приходиться наспех зашивать душевной грубой ниткой и иглой, чтобы устранить душепотерю. Шрамы заживают, но след остаётся - невидимый след. Душа любит подставлять себя первой, нравиться ей острые опасные грани, особенно, когда крепко держишь в руках чью то беззащитную и искалеченную, а вокруг проносятся звездопады...

Когда мне говорят, какие красивые глаза и острый язык, они не видят слепого, немого старца, который предугадывает по первым фразам собеседника и итог беседы. Вместо слов всё больше молчания. Вместо прямого взгляда внимание отводится в сторону, только бы не обжечь своим проникающим взглядом беззащитную душу собеседника.

Мой голос – это голос моих предков. Цвет глаз – это бесконечная водная гладь моей души. Такая же мудрая, такая же непоколебимая, какой бы сильный ураган не пробовал её разрушить. Научившись лечить самого себя не трудно вылечить, кого угодно, достаточно убирать подальше острое.

В пятницу вечером

Вчера после работы западло домой ехать..после работы вчера в пятницу. Думаю поеду в центр. На октябрскую..там такое место...стенсеры...хуенсеры...кафешки, рестораны...открытые площадки, движуха и вечная молодость. Ага...значит подъехал, холодно, но солнце... Вышел из тачки...оборачиваюсь...на антенне птица сидит. Никогда такого не было, телефон естественно не успел достать сфоткать - улетела...постоял удивленный,  ну думаю к чему бы это... раз такого не было, а тут вот оно что. Пошёл куда шёл - в блинную. Блины там классные с начинкой всякой и морс... стою, смотрю меню...а тут сбоку Привет....я поворачиваю голову, а там она...у меня разряд в землю, как будто перед тобой неожиданно авто на красный едва касаясь проехало... Она поработать в бар пришла...ну мы посидели, поговорили...потом на закат на озеро поехали...потом я её домой проводил и всё. Она мне сказала пока мерседеса у меня не будет я ей не подхожу. Конечно целовались и уходить она не хотела, но ко мне ехать отказалась...хотя у неё дома горячей воды нет, а у меня есть...и к себе домой на чай не позвала... Сегодня целый день убирался... пек блины, сублимировался работой... в машине остались её вещи, но она не взяла трубки... забросил шмотки с запахом её Версачи в стиралку, снова можно жить дальше...хотя опять маленькая смерть, хотя конечно я виноват.

нежный июль снова со мной 
нет места для грусти 
нежный шёпет без слов 
бархатной тканью окутан 
нет, это не сон 
время застыло сверху
на закате среди парусов
ветки переплелись лозы дикой
птичка сегодня постучала в окно,
я впустил её снова
она так похожа на ту,
что позабыть невозможно

День независимости в стиле страх и ненависть в Лас-Вегас

У нас было 2 межконтинентальных сверхзвуковых бомбардировщика ТУ-160, 75 истребителей су 27, 5 стратегических бомбардировщика ту 22 м3, один транспортный ил-76 и множество учебнобоевых Як-130, несколько пилотажных групп и всего такого, всех цветов, а ещё тигры, комплекс буг, взвод ураганов, пару-шасси МЗКТ с цистернами для пожарной пены и две дюжины С-300м. Не то чтобы это был необходимый набор для того чтобы отпраздновать День Незавсимости, но если готовиться к празднику, становится трудно остановиться.